Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
14:27, 08 ноября 2020

Остановленные мгновения. Как алексеевец связал свою жизнь с фотографией

Остановленные мгновения. Как алексеевец связал свою жизнь с фотографиейФото: Анатолий Кряженков
  • Статья

Корреспондент «Зари» побывал в гостях у человека, который более полувека делал исторические снимки.

Как получаются фотографии, Виталий Лобода ещё отроком наблюдал в домашней затемнённой лаборатории близкого родственника. В ванночке с растворителем лист фотобумаги по неведомому волшебству обретал черты знакомого человека, дома или улицы. А первый фотоаппарат он держал в руках после освобождения Алексеевки от фашистов в 1943 году. В разбитом вражеском грузовике его обнаружили друзья-товарищи. Вертели в руках это чудо, подержать трофей смог и Виталий.

Так в сознании юного Лободы накапливалось желание самому взять в руки фотоаппарат и по своему хотению запечатлеть любое мгновение. Его зарождающееся увлечение поддержал отец и приобрёл ему посильный по семейному достатку «Комсомолец». Аппарат не мудрёный, для начинающих, но сверстники начали приставать: сделай да сделай снимок на память. Они не догадывались обо всех финансовых тратах.

Им представлялось, что щёлкнул затвором и следом жди отпечаток. Это сейчас так: смартфоном даже селфи (самоизображение) сподобились фиксировать в секунду. В то послевоенное время и много позже фотодело было хлопотным и считалось подлинным искусством.

Охотнику за мгновениями следовало приобрести плёнку желаемой чувствительности. Заправленная в темноте в аппарат, она получала порцию света через объектив, отлаженный на верную выдержку. Тут уж приходилось учитывать тонкости — и освещённость, и диафрагму. Чуть ошибся, снимок выйдет блеклым или затемнённым.

Результат щёлкания затвором становился виден при проявлении плёнки. Для этого она опять же в темноте заправлялась в специальный бачок, последовательно заливалась растворителем и закрепителем. Высушенная, плёнка являла товар лицом. Постепенно Виталий научился угадывать экспозицию, и результаты-негативы всё чаще радовали глаз.

Но почему вначале он уклонялся от просьб товарищей сделать фото на память? Последуем дальше за хлопотным делом. Высушенную плёнку заправляли в фотоувеличитель, в котором каждый кадр, отсвечивая на фотобумагу, превращался в позитив после обработки растворителем и закрепителем. В то скудное на достаток время семья не могла находить средства на приобретение плёнки, фотобумаги, химикатов и оборудования для массового печатания снимков. Да и купить их было не так просто. Дефицит.

Виталий Лобода во дворе направлял объектив на постройки, деревья, затем выходил за калитку и «увековечивал» виды улицы. За углом находил новые объекты и перспективы.

Конечно, парня интересовали навыки других. Полезные советы давал учитель Григорий Ковалёв, неравнодушный к фото. Виталий приглядывался к манипуляциям фотографов в местной мастерской, присматривался к снимкам в газетах, цветных журналах. Так появлялось собственное видение съёмок. Объектами для объектива становились обыкновения жизни Алексеевки. В поле зрения Лободы оказывались старинные дома и митинги, стройки и памятники, магазины и группы людей. Да и для фото друзей нашлись возможности. Теперь эти запечатлённые мгновения — визуальная, наглядная история города 50-х – 80-х годов прошлого столетия. Его личное пристрастие выросло до уровня общественного служения.

 В руках Лободы перебывали многие аппараты советских выпусков: от «Смены» и «Киева» до ФЭДа и «Зенита». Мне довелось побывать у Виталия Алексеевича в гостях, и разложенные на столе снимки заставили меня, уроженца Алексеевки, тут же предаться размягчающим душу воспоминаниям. Вот праздничный митинг на площади III Интернационала (ныне Никольской) в 1950-е годы. Никакого напоминания о будущем сквере. Площадь как площадь. В центре — сколоченная из дерева трибуна с оратором. Рядом — районная Доска почёта. Тут же духовой оркестр. Шеренги занимают положенные места, образуя людскую массу в виде буквы П. Неорганизованные граждане теснятся позади трибуны. Немного в стороне обелиски над захоронениями продотрядовцев, освободителей города и Героя Советского Союза Василия Собины.

Как давно это было! Я помню те митинги, нас приводили на площадь школьниками.

О том времени напоминает и другой снимок. Из средней школы, бывшего дома Ковшова, выходят подростки и учителя со знаменем впереди и шествуют мимо запущенного здания, былого магазина Крикловенского, памятного многим по названию «Чайка», на ту же площадь III Интернационала. На фото видно, как срываются снежинки и лица учащихся обдувает ветер. Значит, педагоги ведут ребятню 7 ноября на празднование Октябрьской революции. 

Просматриваю снимки, и отмечаю былые мгновения, которые скрыты уже дымкой времени. Посреди благоухающей клумбы в горсаду высится памятник Иосифу Сталину, он же, но мало заметен перед зданием районной больницы, до революции построенном на средства предпринимателя Таценко. Вижу духовой оркестр на стадионе и почти явно слышу торжественные марши и увлекательные вальсы. Надёжной переправой выглядит деревянный мост на Николаевку, любопытные фасоны предлагают продавцы в единственном городском магазине одежды. А вот и улицы Плеханова и 9 Января, на которых многие мазанки под соломой и с незатейливыми заборами.

Это мгновения 50-х годов. Трудно перечислить всё, что запечатлено любознательным объективом Виталия Алексеевича в последующие лета. Стоит всё же напомнить о той серии снимков, которые сделал он на заводе «Химмаш». Не выдержало рыночной конкуренции былое градообразующее предприятие, но биография его осталась в фотографиях, они уместились в три короба. Их вынесли из кабинета профкома, дабы передать в музей или в архив. Там — начало строительства завода, налаживание производства, торжества по случаю достижений, портреты передовиков, ветеранов войны и труда, лучших молодых слесарей или токарей. Ценные свидетельства былого кипучего машиностроения в Алексеевке.

Виталий Алексеевич, глядя на моё увлечённое изучение снимков, всё сокрушался об утраченных плёнках. Так уж вышло, что не сберёг. Можно понять его состояние, когда в почтенном возрасте оказался ограничен в движениях после жестокой травмы. Если бы вернулось здоровье, предположил он, продолжил бы съёмки. Столько нового. Глаза горят…

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×