Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
11:02, 26 ноября 2019
 926

«Ну, сынки, здравия желаю!». 90 лет исполнилось десантнику Владимиру Кривенко

«Ну, сынки, здравия желаю!». 90 лет исполнилось десантнику Владимиру КривенкоФото: Александр Панченко
  • Статья

Члены Алексеевской местной общественной организации инвалидов войны в Афганистане Виктор Колесник, Михаил Качкаев и Алескендер Рамазанов поздравили старейшего ВДВшника.

В день рождения поздравить ветерана собрались «молодогвардейцы», младшему из которых за 50, а старшему — 70 не за горами. Но перед Акимычем — это «сынки»! Опасались, разумеется, как бы не утомить почтенного человека, что бы такое подарить. Решили не затягивать встречу, не волновать особо вопросами, пожелать всяческих благ, вручить праздничный десантный набор и откланяться. А вышло совсем по‑иному…

Мужественный старик

Вошли в уютный дворик, усаженный осенними цветами. Калитка была незаперта, каменная дорожка привела во флигель, где встретил крепкий, средних лет, мужчина. Он распахнул дверь, сказал просто: «Входите, гости дорогие, Владимир Акимович ждёт вас».

В чистой, тёплой и светлой комнате стоял запах полевых трав. Кровать застелена по‑военному, без морщинки. Нам навстречу от столика, без видимых усилий, привстал ветеран, гвардии рядовой Кривенко. Новенькая десантная тельняшка облегает крепкий сухощавый торс. По всему видно, крепок был в молодости гвардеец!

«Ну, сынки, здравия желаю! Спасибо, что не забываете. Садитесь. Рад я вам, рад, дорогие мои! Помню, что у нас в полку в эти дни как раз был праздник полковой. Настоящий праздник был!», — обрадовался юбиляр.

Службу солдатскую проходил алексеевский парень Володя Кривенко в 56-й гвардейской парашютно-десантной бригаде, чья боевая история начинается в 1943 году. Три ордена на её Боевом Знамени о многом говорят: орден Красного Знамени, орден Кутузова, орден Отечественной войны. Жива и крепка 56-я отдельная гвардейская десантная штурмовая бригада и по сей день! В исторический формуляр бригады вписаны и Афганистан, и Киргизия, и Чечня. Да разве только в этих войнах и вооруженных конфликтах звучал девиз десантников 56 ОГДШБ — «Никто — кроме нас!».

Как служилось в 1949-м…

«Призвали меня в армию уже двадцати годов от роду. Не было, значит, особой необходимости, сокращалась после войны армия. А служить шёл с охотой, да, как и все парни в то время. Отказники? Как это „откосячить“? Да не слыхивали тогда про таких! Если не шёл в армию — дезертир и точка! А с такими по закону поступали…Уголовное дело! Да не об этом речь…», — начал рассказ Владимир Кривенко.

На поезде молодые парни доехали до Днепропетровска, там их обмундировали и отправили пешим ходом в Кривой Рог. Вот так, с первых дней учили новобранцев. Сколько километров тогда прошёл, Владимир не помнит. В памяти его осталось: «Через три реки переходили, дня через три дошли». Все выдержали этот поход. А потом пошла у парней боевая учёба. Через два месяца уже и с карабинами управлялись на стрельбище, и в караулы ходили…

О караульной службе и прыжках с аэростата

«Вот что спрошу: у вас всех в караул посылали? Нет? То‑то же, и тогда был в этом случае отбор. Если по службе замечания, если обязанности назубок до слова, не выучил, — не пошлют. Иди в наряд по кухне, дневальным, а в караул назначали только подготовленных. Задача боевая. Упаси Бог расслабиться, прозевать опасность. Был, ведь, и у нас случай — заснул часовой ночью на посту. Подобрались, горло перерезали, оружие забрали. Кто? А сколько после войны прошло? Четыре года! Хватало подлецов. Полицаи прятались, „бандеры“ … Так я в карауле всегда выбирал такую позицию, чтобы не подобрались ко мне незаметно. Здесь думать надо, а не просто с карабином под грибком торчать. Что скажу про оружие штатное? Хороший карабин был СКС. Тяжеловат, конечно, но бил без промаха, прикладистый, надёжный. Потом, к концу службы заменили нам карабины на автоматы», — продолжил именинник.

Прыжков с парашютом у Владимира Акимовича всего 19. Прыгали тогда десантники с аэростатов с парашютами ПД-47 с высоты 400 метров. Аэростаты брали на прыжок по пять человек. Парашют примитивный был из перкаля, ткань такая, купол квадратный, но запасной парашют был из шёлка. Пришлось применить его один раз и Владимиру Кривенко. Память уже не та, и пожилому воину трудно вспомнить всех, с кем служил, но тех, кто из него десантника делал, учил служить и жить, — тех помнит ветеран.

Нас учили фронтовики

Десантная доля — особая. Среди военных профессий не самая простая. Учили десантников исключительно фронтовики. Все их уроки Владимир старался понимать, запоминать. И в жизни эта учёба пригодилась. Например, как сухарём горло не драть, а хлеб из него сделать, как костёр бездымный развести. Стреляли что из карабина, что из пистолетов — без промаха, сильные были люди…Чтобы грубили солдату, зря наказывали — невозможно было такое. Всегда аккуратные, собранныеч! Войну большинство не в десантниках отвоевали. Тех, фронтовых десантников, немного осталось. Но как в торжественные дни на смотрах пройдут в парадной форме, так видно, что не тыловые воины. Да и сами иногда рассказывали, как участвовали в боях за Варшаву, Берлин, Будапешт. Разница в возрасте между учителями и учениками была лет на десять, а чувствовалось, что до них не дотянуться. У войны свой счёт на годы… Впрочем, о войне они неохотно рассказывали, разве когда нужно было для примера в боевой учёбе.

«И ещё мне повезло, встретил я земляка, подполковника Головина. Точнее он меня сам и нашёл. Стояли как‑то у казармы в строю, а тут идет незнакомый подполковник, остановился, громко так спросил: „Алексеевские хлопцы есть?“. Я ответил, мол, „так точно, товарищ подполковник!“. Он меня потом разыскал, расспросил о службе, о родных. Сказал: „Служи, земляк, не подводи. Командиры тебя хвалят. Так держать! У самого‑то есть какие пожелания?“ Ну, я и ответил, что в отпуск хочу, мать повидать… И что же вы думаете? После ближайших учений дали мне отпуск. За три с половиной года службы я три раза в краткосрочном отпуске побывал», — рассказал Владимир Кривенко.

Послесловие

Вот так! Гости собрались на минутку, а просидели у ветерана ВДВ два часа! И всё было правильно: разговор добрый, помянули павших, пожелали здоровья живым… А когда прощались, не утерпели, задали вопрос, помнит ли Акимович тот день, когда Алексеевку освободили от оккупантов? Акимыч усмехнулся:

«Как такое забудешь, сынки? Многое помню из той поры: и холод, и голод, и страх перед бомбёжками да обстрелами, как забыть? Из домов людей фашисты выгоняли в сараи да времянки, на дорожные работы гоняли, и о казнях мы знали… А потом ночью в январе сорок третьего загремело далеко так, но грозно. Мать сказала: „Наши от Дона идут!“ Ну вот, откуда знала? Конечно, всех согнали в подвал. Ночью стрельба была сильная… А утром видим, танки стоят со звёздами красными. Бросились обнимать бойцов своих… Как забыть такое! Потому и уважение к армии, к солдату, любовь к Родине. Это у нас не только из книжек и фильмов. Своими глазами всё видели».

Пожелали крепкого здоровья ветерану, но Акимыч махнул рукой. И правильно, формализм тут ни к чему! Тогда пожелали по‑десантному: чистого неба, равенства прыжков и успешных приземлений, и чтобы «к речке не прижали». Всё, как надо по традициям ВДВ.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×