Очаги сопротивления. Как алексеевские партизаны защищали Родину в 1941-1943 годах

Ничто не может оставаться за чертой нашей исторической памяти. Даже эпизоды Великой Отечественной войны, которые не занесены в строгие документы. На территории Алексеевского района во время оккупации были отдельные очаги сопротивления. В тылу остались люди с прочной опорой на свои патриотические убеждения, готовые с риском для жизни участвовать в освобождении родной земли, сурово наказывать врагов за все их злодеяния.      

Впрочем, какие могут быть документы во вражеском окружении! Свидетельства очевидцев и участников — это тоже источник, как и документ, отражающий правду о войне.

Среди юных патриотов были секретарь Николаевского сельсовета Варвара Чернуха и её племянница, девятиклассница Анна Костыря. Венгерские оккупанты выследили и арестовали обеих девушек.

События развивались так. Под угрозой нашествия гитлеровцев выпускница курсов секретарей сельских cоветов в Боброве Варя Чернуха готовила документы к эвакуации. Рядом находился председатель сельсовета Калина Андреевич Юрченко. Но враги нагрянули в Николаевку внезапно, днём 7 июля. Юрченко приказал Варе уничтожить документы, а сам схватил стоявшую в углу винтовку и выскочил из здания сельсовета. Вместе с ним был председатель колхоза «Красный луч» Борис Иосифович Зинченко. За окнами послышалась стрельба, но Варя сожгла документы, а когда вышла из дома, то увидела убитых в неравной схватке Юрченко и Зинченко. Вражеские автоматчики прочёсывали вербы и камыши за садом сельсовета. В чёрные дни оккупации группа подпольщиков, в состав которой входила Варвара Дмитриевна, скрытно занималась сбором оружия и боеприпасов. Винтовки и патроны к ним находили в поле и окопах, ночью прятали собранное в зарослях лозняка между Осадчим и Николаевкой тогда Ладомировского района. Потом связывались с пробиравшимися за линию фронта советскими воинами в небольшом лесу с названием «Макитра». 

«Девчата помогали красноармейцам, попавшим в окружение, одевали, кормили, прятали их, — рассказывалось в одной из публикаций 1943 года. — Бывало, вечером постучат им в окно — они платок на голову и за ворота.

— Дитятко милое! Побереги ты себя, живём ведь у зверя в зубах, — часто говорила Варе мать Наталья Чернуха.

Чуяло сердце горе большое, и оно нагрянуло. Случилось это 30 ноября. Привёл старик Омелька, не ведая о последствиях, в дом мадьяр из карательного отряда, и отвезли они двух девушек в Алексеевку.

Терзали их страшно. Палками избивали, подвешивали, сорвали ногти с пальцев рук, отрубили пальцы на ногах, а потом раздели и два часа издевались на морозе».

Уроженец села Осадчее, участник подпольной группы Павел Николаевич Ищенко впоследствии встречался с Натальей Денисовной, матерью Вари, и узнал о последних часах девушек:

«5 декабря я отправилась в Алексеевку, — поведала женщина, — чтобы передать Варе и Ане кое-что. Там женщины указали мне здание, где держали арестованных. Я пошла туда. Здание охраняли полицаи, и к нему меня не подпустили. Я ходила поодаль и вдруг услышала: «Мама!» В окне второго этажа была открыта маленькая форточка, и у неё стояла Аня. Она всегда звала меня мамой. «Мама, — повторила Аня, — уходите отсюда, уходите скорее. Больше не приходите к нам!». Полицейские подняли шум, и форточку в окне закрыли. У окна Аня больше не появлялась.

На другой день я снова отправилась туда. Долго ходила возле здания, поглядывая на окна второго этажа. В одном из них увидела пожилого мужчину. Глядя на меня, он махнул рукой и перекрестился.  В груди у меня всё оборвалось», — услышал скорбные слова Павел Ищенко.

Руководитель подпольной группы осадчевской молодёжи Иван Кульбаченко предупредил всех участников о готовности в любую минуту скрыться. Ночевать предлагал у родственников или знакомых, только не дома.  Ведь Варя знала многих членов группы — вдруг не выдержит пыток.

Но фашистам не удалось сломить стойкую патриотку. Не получив никаких сведений, гитлеровцы расстреляли обеих девушек и арестованных вместе с ними подпольщиков Алексея Григорьевича Соловей и Николая Кузьмича Мирошника.

Местом упокоения четверых патриотов после изгнания нацистов выбран центр села Советское. На этом мемориале теперь соседствует братская могила бойцов и мирных граждан, павших при освобождении тогдашнего Шелякина, и установлена стела с именами воинов-земляков, сложивших головы на фронтах Великой Отечественной войны. Рядом — храм Благовещения, новый Дворец культуры и современный сельский парк культуры и отдыха — всё для мирной и полнокровной жизни. Во имя этого и погибли юные патриоты.

Выяснилось, что выдал девушек староста села Гарбузова И. Е. Ткаченко. Члены патриотической группы из села Осадчего узнали об этом предательстве, и вожак этих парней 17-летний Иван Кульбаченко решил отомстить старосте. Он связался с окруженцами, которые во главе с офицером Фрыковым время от времени совершали диверсионные вылазки против оккупантов. Двое из них вместе с Кульбаченко сентябрьской ночью пошли на задание. В Гарбузове они нашли дом предателя, стали его допрашивать, но тот попытался убежать. Несколькими выстрелами в спину мстители смертельно ранили старосту.

Дело обернулось тяжёлыми последствиями. На другой день оккупанты согнали жителей Гарбузова к школе и объявили, что пока не будут выданы участники покушения на старосту, они расстреляют каждого десятого. Сведений фашисты никаких не добились. Тогда они приказали рыть яму мужчинам, подозреваемым в казни старосты, и расстреляли председателя колхоза М. М. Кременца, секретаря сельсовета М. К. Гончарова, учителя школы А. В. Москаленко, юного колхозного конюха И. И. Казначеевского.

Эта трагедия незаживающей раной осталась в сердцах жителей села и передаётся из поколения в поколение. На месте расстрела был установлен обелиск, постоянно ухоженный и особо почитаемый. Впоследствии останки казнённых были перенесены на местное кладбище. В памятные дни воинской славы жители Гарбузова идут к мемориалу с цветами и венками.