Редакция «Зари» запустила серию очерков об уроженце Алексеевки Андрее Павловиче Кириленко

Редакция «Зари» начинает серию очерков об уроженце Алексеевки Андрее Павловиче Кириленко. В первой публикации содержится история становления легендарного земляка, после подготовительного курса на рабфаке в декабре 1930 года получавшего образование в Новочеркасском авиационном институте (НАИ).

Такие же институты были открыты в Москве, Казани, Киеве, Харькове. Это им, будущим инженерам авиапрома, была дана возможность ставить страну на крыло. В новочеркасском вузе оборудовали лабораторию по испытанию и монтажу двигателей, что особенно впечатляло студента Кириленко в начальные месяцы учёбы. Пристально вчитывался он в названия иностранных авиадвигателей, собранных в одной из аудиторий. 

Однако образовательное ведомство «наверху» посчитало, что для подготовки зрелых инженеров-авиаторов важно иметь рядом профильное производство. А его в Новочеркасске не было, поэтому институт расформировали. В сентябре 1932 года молодого Кириленко переводят в Рыбинский авиационный институт, созданный два месяца назад (ныне Рыбинский государственный авиационный технический университет — РГАТУ). Вуз открыли в крупном городе Ярославской области.

В Рыбинске действовал авиазавод № 26 — незаменимая база для студенческой практики. В отчёте за 1932 год сказано: «Заводские станки механического и ремонтного цехов далеко превосходят прочие предприятия — и по количеству, и по новизне, и по качеству. Мощный инструментальный цех, литейный цех и первоклассный термический цех — опора для подготовки кадров». 

На заводе студентам открыли двери в металлографическую и химическую лаборатории. Занятия по сопромату и материаловедению тоже проходили в специальной лаборатории.  Вот как это было: «Позаботился завод и об учебных пособиях. Институту передали образцы моторов и уникальное оборудование для лабораторий, подарили всю заводскую техническую библиотеку, обеспечили чертежами двигателей. Из подарков сформировали моторную, измерительную и электротехническую лаборатории, физический и химический кабинеты».

Учебные аудитории разместили недалеко от завода — в трёхэтажном здании бывшего коммерческого училища с просторными аудиториями, образцово оборудованными кабинетами. В первый год в нём приступили к занятиям 800 человек. Студенты начали изучать авиационные моторы в аудиториях, где ранее шла речь о товароведении, бухгалтерии, счетоводстве. Теперь будущие инженеры вместе с теорией — физикой, математикой, химией штудировали специальные науки — теплотехнику, сопротивление материалов, литейное дело. На двух факультетах готовили инженеров-механиков по авиационным двигателям и инженеров-технологов по холодной обработке металлов резанием.

В свободное время Кириленко мог найти занятие по другим интересам.  Манили проявлением мужества кружки оборонного общества — ОСОАВИАХИМа: планерный, аэросанный, глиссерный. В аэроклубе завода № 26 будущие строители самолётов учились управлять летательным аппаратом и овладевали захватывающими дух прыжками с парашютом. Престижным считалось заниматься спортом. В институте слаженно выступали и порой форсили перед болельщиками члены футбольной и хоккейной команд. Физическую закалку можно было получить в девяти секциях.

Досуговая и духовная жизнь складывалась из разных увлечений. Студенты проявляли усердие, извлекая народные мелодии на домрах и балалайках. Струнный оркестр и хор института производили впечатление на массовых городских праздниках и на предприятиях. Таким же спросом пользовались студенческая агитбригада и драмкружок. Студентам расширяли кругозор на лекциях по истории науки и литературе. Своё издательство выпускало «профильные» пособия. Сапожная и столярная мастерские работали на условиях хозрасчёта.

Пополнять знания помогал впечатляющий преподавательский состав.  Андрей Кириленко слушал лекции и закреплял знания на занятиях, которые вели в основном инженеры старой школы, выпускники дореволюционных университетов и институтов. Их приглашали из других городов, искали среди местных школьных учителей и инженеров завода № 26. В числе педагогов было три профессора и 13 доцентов.

Избегал сухой учёности преподаватель литейного дела, профессор Александр Брезгунов, выпускник Петербургского горного института, в разные годы возглавлявший пять металлургических заводов юга России. Кафедру электротехники возглавил профессор Александр Персидский, читавший лекции ещё в Варшавском политехническом институте. Во главе кафедры технологии авиадвигателя стоял доцент Алексей Сивай, обогащённый теориями и наставлениями Киевского политехнического института. Высшую математику преподавал Анатолий Лучинский, с полноценным багажом знаний окончивший МГУ, учение о металлорежущих станках — Иван Базилевич, получивший диплом Петербургского технологического института.

Вполне вероятно, что студенты почти физически чувствовали атмосферу преобразований в стране и потребность в инженерных кадрах. Потому при попечительстве наставников-профессионалов усердно овладевали наукой авиационного моторостроения. Насколько базисными и существенными были эти знания, можно проследить по инженерной судьбе Павла Александровича Соловьёва, учившегося на три курса ниже Кириленко. Под его руководством в 1960 году был разработан первый в СССР двухконтурный турбореактивный двигатель Д-20П для самолёта Ту-124. На его счету и другие «прорывные» изобретения авиационных моторов. Павел Александрович удостоен звания Героя Социалистического Труда, он лауреат Ленинской и Государственной премий СССР.

В годы желанной и усидчивой учёбы Андрей Кириленко занимался в третьей группе инженеров-механиков. Приглянулась ему однокурсница из небольшой деревни Ярославской области Елизавета Быкова. Как отзывались о ней родные Андрея, девушка удивительного обаяния, большой душевной доброты, настоящая русская красавица. На втором курсе они поженились, обычной свадьбы не было. Молодые вдвоём сходили в ЗАГС и поставили подписи под брачным документом. Однокурсники поздравили, разбили кувшин с цветами на счастье, выпили по стакану ситро — всё. Именно ситро, как сохранило семейное предание. Кстати, супруги Кириленко в ладу и согласии прожили вместе более 60 лет.

Рассчитывать студентам на помощь родных не приходилось. Отец Андрея скончался в 1927 году. Старшего брата Кириленко — Ивана осудили за коммерческую деятельность в годы нэпа. Виной посчитали то, что вместе с матерью он продолжил семейную пекарскую традицию: покупал муку, выпекал хлеб и продавал его на базаре.

Какую конкретно статью для осуждения нашли, сегодня неясно. В ту пору, по-своему оценивая содеянное, отправили в ссылку на лесозаготовки в Архангельскую область, где он отработал четыре года. Чтобы поддерживать сносный семейный достаток, Андрей подрабатывал, на станции загружал и выгружал вагоны, по ночам работал сторожем.

В 1936 году супруги Кириленко получили дипломы об окончании института. В приказе по вузу занесено первостатейное — присвоение звания инженера-механика по производству авиадвигателей. В поздних документах сказано о специальности: инженера-авиаконструктора. Обоим было выдано направление на Запорожский авиазавод.

Кстати, в настоящее время бывший институт, а ныне университет в перечень видных выпускников вместе с Кириленко поместил нескольких организаторов производства, руководителей предприятий и конструкторов. Двум из них установлены памятники в Рыбинске.  Такой чести удостоены Герои Социалистического Труда Павел Соловьёв (о нём шла речь выше) и талантливый инженер Павел Дерунов. 

На новом месте супруги Кириленко начали привыкать к своей роли инженеров-конструкторов по авиационным двигателям. Студенческая теория разворачивалась в стройную практическую картину, приобретала смысл и значение. Приходилось корпеть над эскизами, техническими и рабочими проектами изделий различной сложности, составлять кинематические схемы, общие компоновки и теоретические увязки отдельных элементов конструкций. А технические расчёты, согласования с заказчиками, участие в монтаже, испытаниях и сдаче в эксплуатацию опытных образцов — можно утомить исчерпывающим перечислением обязанностей молодых инженеров.

Молодость обретала уверенность в живом деле. В индустриальном городе на Днепре Андрей Павлович не только проявлял себя профессионалом на заводе, но и энергично отзывался на общественные возбуждения. Он отстаивал государственно-партийные позиции.

В 1938 году Кириленко избирают секретарём Ворошиловградского райкома партии, в 1939-м — вторым секретарём Запорожского обкома ВКП(б). Семья к тому времени пополнялась. В 1935 году появилась на свет дочь Валя, а в 1940-м — сын Толя. Стоит заметить, дети Андрея Павловича выросли добропорядочными людьми. Семейная жизнь супругов Кириленко помаленьку налаживалась.