На западе уже гремела война. Как алексеевцы переживали начало Великой Отечественной войны

Начало Великой Отечественной войны перекроило мирную жизнь. Алексеевка сосредоточилась, как и вся страна, для борьбы с «фашистской силой тёмною, с проклятою ордой». Шла мобилизация оборонных усилий в цехах и на полях.

В сельской местности особая ответственность ложилась на председателей колхозов. Районная газета соседнего Уколовского района «Сталинец» приводила слова центральной «Правды»: «В данное время, как никогда раньше, качество руководства стало главным и решающим фактором успешного проведения любой работы. Условия войны — глубокая проверка качества руководителя, его большевистской зрелости, боевитости. «Безруких» людей, медлительных, неповоротливых, любителей «объективных причин», болтунов война и её требования разоблачают беспощадно. Теперь хорошими словами, резолюциями, заверениями никого не обманешь. Если ты не выполнил заказов — ты провалился, и скидок не будет».

Вражеская авиация накатывала чёрной саранчой. В октябре 1941 года бедствие произошло на станции Матома. При налёте немецких бомбардировщиков погибли 30 воинов-путейцев. Их похоронили рядом со станцией. В мае 2010 года на братской могиле после реконструкции на гранитной подставке установлены три гранитные стелы с именами погибших воинов — рядовых и сержантов.

К Щербакову накалённый призрак войны подступил 11 ноября 1941 года. В тот промозглый осенний день жители села стали свидетелями падения нашего бомбардировщика, подбитого вражескими штурмовиками. Горящая машина рухнула в поле, недалеко от села. Сельчанам, кинувшимся на помощь лётчикам, мешали едкий дым, копоть и взрывы оставшегося боезапаса. Всё же удалось всех четверых отнести подальше от горящей машины. Обожжённые тела троих не подавали признаков жизни, а четвёртого после оказания первой медицинской помощи отправили в один из госпиталей Алексеевки. Там он и скончался. Это был политрук Назар Леонтьевич Выставной. Его похоронили в Алексеевке.  Майора Алексея Ивановича Красько, капитана Константина Васильевича Козлова и стрелка-радиста Николая Михайловича Садикова предали земле в Щербакове. Теперь на этом месте в центре села мемориальный комплекс.

Новый, 1942-й, год местный люд встречал по обычаю с ёлкой. В детских садах ребятишки радостно водили хоровод и с восторгом встречали Деда Мороза. В средней школе праздник по традиции открыли учащиеся, отличившиеся в учёбе.  Всё же горизонт был затянут пороховым дымом. Поэтому дети вдохновенно пели: «Броня крепка и танки наши быстры…», напряжённо читали стихи о подвигах на передовой. В Алексеевке уже сказывалось влияние строгих военных условий и ограничений, но предприятия и учреждения придерживались рабочего распорядка, детвора без опаски ходила в школу.

Так продолжалось и в первой половине 1942 года. Ободряющими стали сообщения Совинформбюро о наступлении на Харьковском направлении. Победные настроения преобладали и теснили тревожные ожидания. Проходили занятия во всех 85 школах района. Конечно, война порождала разного рода сбой. Заботливо отнеслись к нуждам школ в Гарбузовском, Хлевищенском, Щербаковском сельсоветах. В классах ребята сидели в тепле и уюте, поскольку учебные заведения были обеспечены дровами.

Было и по-другому. Немало детей в урочный день не садилось за парты. Война вершила своё тёмное дело. Посещаемость по району не доходила и до половины списочного состава. Ещё хуже было в Афанасьевке, где  из 279 учащихся  продолжали образование только 15, в Подсереднем из 220 — только 60, в Камышеватом  из 135 — лишь 45. Часть школьных зданий оказалась не защищённой от морозов. Не было вторых рам и побиты стёкла в одинарных рамах в зданиях Галяпинской, Таракановской и Меняйловской начальных школ. Дымили от неисправности отопительные печи в Афанасьевской и Подсередненской неполных средних школах. Нехватка и непостоянство учительских и технических кадров, призываемых на фронт, приводили к тому, что дети получали отрывочные знания. 

На передовой, где «до смерти четыре шага», жизнь складывалась из маленьких радостей. Душевный подъём у бойца вызывала весточка от родных и близких. Даже короткое сообщение о здоровье отца, матери, сестры или младшего брата обращало мыслями к тем, кого надо защищать от фашистского порабощения, придавало душевных сил и уверенности в победе над врагом. В марте 1942 года Григорий Лазаревич Коваленко ответил на весточку сестры из села Шелякино: «Письмо, которое писала Катя, получил и был ему очень рад. Из него я узнал, что дело обстоит как нельзя лучше, а именно все живы и здоровы и не подверглись немецкому издевательству. После занятия г. Харькова я не знал, или вы свободны, или же у вас хозяйничают немецкие звери». 

Солдатский треугольник пришёл в семью Лазаря Яковлевича Коваленко от сына, когда на Харьковском направлении складывалась сложная обстановка. Войска Красной армии отступали, но наши места ещё не были заняты фашистами, поэтому письмо дошло по адресу, и в семье порадовались весточке с передовой от сына и брата. В марте 1942 года ещё никто не предполагал о предстоящих испытаниях, однако июльскими днями они обрушились на алексеевскую землю.